Главная » Власть » Запад хочет революции: почему левые идеи популярны в Европе

Запад хочет революции: почему левые идеи популярны в Европе

«Вы привели китайскую пословицу — лес хочет покоя, да ветер не дает. Погода переменчива. Придет время, и погода переменится», — сказал президент России Владимир Путин во время выступления на Международном дискуссионном клубе «Валдай», отвечая на вопрос китайского коллеги.

Реклама

Наблюдатели увидели здесь намек на выжидающую позицию, которую хочет сегодня занять Россия в отношениях с Западом.

Причину же глубинного кризиса в отношениях следует искать в некоторой растерянности, которая присутствует как на Западе, так отчасти и в России и свидетельствует, прежде всего, о недостатке знаний друг о друге, а также дефиците необходимого уровня сотрудничества.

Понимают это и в Европе. Еще в 2015 году во время вручения премии «Лучшая политическая книга года», учрежденная в Германии, французский политэкономист Томас Пикетти во время презентации своей работы «Капитализм в XXI веке» говорил, что «совсем пока не знаком с ситуацией в России и Китае и собирается восполнить этот пробел в ближайшее время». Даже в своем труде Пикетти ограничился лишь анализом процессов в Западной Европе и США.

Запад в поисках социализма

Любой исследователь, начинающий заниматься проблематикой отношений Запада и России, неизбежно сталкивается с вопросом о ценностях. Даже встречаются мнения, что

ценности, на которые ориентировался бывший СССР и вообще коммунистическая идеология, более близки к общечеловеческим по сравнению с ценностями западными.

Опыт жизни в Германии показывает, что западные ценности как раз капиталистические по своей природе. Например, в той же ФРГ присутствует неравенство в сфере образования — дети рабочих имеют очень ограниченные возможности при поступлении в вуз. Семейный бюджет во многом по-прежнему определяет будущее ребенка. Исключения есть, но они не носят массовый характер. В Германии можно столкнуться с дискриминацией и по национальному признаку, в стране все еще сохраняется заметный уровень безработицы.

Россия же и все постсоветское пространство, распрощавшись в одночасье с бывшим СССР и социализмом, взяв курс на построение демократии западного образца и рыночной экономики, пусть и с социальным лицом, по сути, взяли «курс в прошлое», потому что капитализм — более ранняя стадия в развитии общества по сравнению с социализмом, в котором мы на постсоветском пространстве оказались раньше всех, хотя и, как известно, совсем непростой ценой.

Но именно поэтому в России сохраняются, если можно так назвать, «коммунистические» и коллективистские начала. Этим же можно объяснить, что капитализм сегодня практически на всем постсоветском пространстве принял такие формы, которые можно описать как неоднозначные.

Об этом же в свое время говорил бывший президент СССР Михаил Горбачев, который неоднократно отмечал «востребованность социал-демократии» в России.

По иронии судьбы левые лозунги сегодня активно звучат не только в странах Евросоюза, но даже и в США, где о социализме совсем недавно говорил один из кандидатов в президенты в гонке-2016 сенатор-демократ Берни Сандерс.

В числе главных требований самых разных политических партий на Западе выдвигаются почти «коммунистические» лозунги — о равном праве на труд, равенстве возможностей в образовании, получении равного доступа к услугам в здравоохранении, перераспределении в сфере собственности и капитала.

Поэтому здесь так актуальны вопросы экологии, все отчетливее слышна критика деятельности концернов, имеющих интересы и эксплуатирующих человеческие и природные ресурсы по всему миру.

Запад, по сути, сегодня подошел к тому, чем пытался стать бывший СССР после Октября 1917 года. Однако главной трагедией России в тот период стали не только количество пролитой крови ради достижения этих высоких целей, но и то, что провозглашаемые идеалы не имели материальной основы и экономического фундамента, который должен был быть выстроен.

Кругом есть «мини-Трампы»

У Запада по-прежнему есть сильный экономический фундамент, но его проблема в другом, и она лежит глубоко в западной ментальности, весьма зацикленной на материальных ценностях. И потому неслучайно, что колыбелью и главным носителем капитализма в мире стала как раз западная цивилизация.

Но сегодня Запад уже стал другим, и идеи социальной справедливости все громче звучат во время политических дебатов, о чем свидетельствует все тот же Томас Пикетти. Ученый доказывал, что и в 21-м веке природа капитала не изменилась, и один экономический рост не означает автоматически рост благосостояния для всех, что должно было поколебать веру в правильность взятого почти всем миром, и Россией в том числе, курса на Запад.

Еще одним мощным звонком не совсем идеальности западной модели стал приход как раз в этих странах националистов к власти за последние годы, желающих повернуть вспять процессы глобализации, уже сделавшие мир взаимозависимым, более близким друг другу, но и от этого еще сильнее уязвимым.

Об этом в прошлом году говорил и звездный американский политэкономист японского происхождения Фрэнсис Фукуяма — автор известной книги «Конец истории» — в своем интервью немецкой финансово-экономической газете Handelsblatt, которое вышло под красноречивым названием «Кругом есть мини-Трампы».

«У Запада у самого нет должного понимания и необходимых инструментов для стабилизации ситуации на Ближнем Востоке. <…> Главной угрозой демократии остается внутренняя — из-за усиления популистов и националистов. Когда проблемы будущего остаются без ответа, на первый план выпячиваются вопросы идентичности», — писал известный экономист.

Вероятно, поэтому и в России, и на Западе поднимаются вопросы сохранения своей природы, культуры, однако у Москвы есть более сложная задача, которая, в частности, не стоит в настоящий момент перед Европой, — быстрыми темпами нагнать экономическое развитие и не допустить ошибок, которые допустили на этом пути на Западе.

Автор статьи — Айнура Асакеева — политэкономист-германист, бывший советник посольства Киргизии в Германии. Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.